ttpark (ttpark) wrote in svao_moskva_eot,
ttpark
ttpark
svao_moskva_eot

Преображающая сила правды и любви

Оригинал взят у ttpark в Преображающая сила правды и любви



Мы прочитали произведение Горького «Мать». «Почему именно его?» - спросил один из товарищей. Кроме очевидных ответов о необходимости изучать классическую литературу есть и специфическая актуальность, важная именно для нас, как современного коммунистического движения.

В одном из писем к своей жене Горький обращал внимание на речь Пелагеи Ниловны, произнесённой на площади слободки во время первомайской демонстрации. Особенность момента заключалась в том, что молодые революционеры организовали шествие, но когда оно встретилось с вооружёнными жандармами, то основная часть участников отшатнулась в решительный момент от организаторов и оставила их в одиночестве: лицом к лицу с противником. В этот момент мать (главная героиня романа) произносит следующие слова:

— Идут в мире дети наши к радости, — пошли они ради всех и Христовой правды ради — против всего, чем заполонили, связали, задавили нас злые наши, фальшивые, жадные наши! Сердечные мои — ведь это за весь народ поднялась молодая кровь наша, за весь мир, за все люди рабочие пошли они!.. Не отходите же от них, не отрекайтесь, не оставляйте детей своих на одиноком пути. Пожалейте себя... поверьте сыновним сердцам — они правду родили, ради ее погибают. Поверьте им!

Почему Пелагея Ниловна, которая ещё в начале романа не может и двух слов связать, мысли стройной высказать не может даже в личной беседе, теперь обращается почти как оратор с трибуны? Что изменилось, что произошло?

Конечно, мать произносит речь прежде всего от отчаяния и ощущения несправедливости поступка со стороны жителей слободки. Но что разительно отличает её от этой толпы? То что она, пытавшаяся раньше жить тише воды и ниже травы, не привлекать к себе внимания, вдруг громогласно выступила в защиту правды и справедливости. Именно в этот момент она почувствовала, что молчаливому соглашательскому рабству нужно дать бой.

По Горькому становление человека происходит именно в результате сопротивления окружающей его среде. Эта тема пронизывает многие произведения Горького, начиная от самых ранних и заканчивая поздними. В ранней поэме «Песнь старого дуба» он пишет: «Я в мир пришел, чтобы не соглашаться». Мы это называем словами: «Плыть против течения».

Чему же сопротивляются герои-революционеры романа? С первых строк произведения безусловно чувствуется эксплуатация, от которой страдают рабочие. Достаточно вспомнить сюжет про одну «болотную копейку», которую владелец фабрики хотел изымать из зарплаты бесправных рабочих для собственных производственных нужд. Но чуткий писатель видит и нечто большее, чем эксплуатация: проблему отчуждения человека от его сущности. Вот как отражается борьба за возвращение человеческого начала в словах революционеров:

— Разве мы хотим быть только сытыми? Нет! — говорит Павел Власов.

— Мы должны показать тем, кто сидит на наших шеях и закрывает нам глаза, что мы все видим, — мы не глупы, не звери, не только есть хотим, — мы хотим жить, как достойно людей! Мы должны показать врагам, что наша каторжная жизнь, которую они нам навязали, не мешает нам сравняться с ними в уме и даже встать выше их!..

Эта же мысль несомненно волновала и Шекспира:

«Что человек, когда его желания – еда и сон? Животное, не боле»

Эксплуатации и отчуждению сопротивляются революционеры, в том числе сын Пелагеи Ниловны Павел. Несмотря на то, что главная героиня не всегда понимала значения сложных слов, которые произносили друзья Павла, тем не менее в их речах и отношении друг к другу она без труда узнала ту самую правду, за которую стоит бороться:

Какие радости ты знала? — спрашивал он [Павел]. — Чем ты можешь помянуть прожитое?

Она слушала и печально качала головой, чувствуя что-то новое, неведомое ей, скорбное и радостное, — оно мягко ласкало ее наболевшее сердце. Такие речи о себе, о своей жизни она слышала впервые, и они будили в ней давно уснувшие, неясные думы, тихо раздували угасшие чувства смутного недовольства жизнью, — думы и чувства дальней молодости. Она говорила о жизни с подругами, говорила подолгу, обо всем, но все — и она сама — только жаловались, никто не объяснял, почему жизнь так тяжела и трудна. А вот теперь перед нею сидит ее сын, и то, что говорят его глаза, лицо, слова, — все это задевает за сердце, наполняя его чувством гордости за сына, который верно понял жизнь своей матери, говорит ей о ее страданиях, жалеет ее.

Почувствовав же, что правда существует и за неё стоит бороться – мать незаметно для себя самой становится на революционный путь. Сначала для того, чтобы помочь сыну, а позже по причине любви к этой новой жизни, протекающей в борьбе за правду.

Она понимала, что такую жизнь можно любить, несмотря на ее опасность, и, вздыхая, оглядывалась назад, где темной узкой полосой плоско тянулось ее прошлое. У нее незаметно сложилось спокойное сознание своей надобности для этой новой жизни, — раньше она никогда не чувствовала себя нужной кому-нибудь, а теперь ясно видела, что нужна многим, это было ново, приятно и приподняло ей голову...

Именно этот путь война – борца за правду преобразил её. Она стала спокойнее и увереннее в себе, научилась читать и даже выступать на публике, хотя раньше не могли связать и двух слов. Поистине огромное преобразование! Уж если мы говорим о ставке на трансформацию, то не это ли пример той самой трансформации? Мать и сама удивляется своим преобразованиям:

У меня голова кружится, и как будто я — сама себе чужая, — продолжала мать. — Бывало — ходишь, ходишь около человека прежде чем что-нибудь скажешь ему от души, а теперь — всегда душа открыта, и сразу говоришь такое, чего раньше не подумала бы...

Не только Пелагея Ниловна, но даже Весовщиков – сторонник «прямого действия» успевает измениться в течение романа, отбросить свои «звериные привычки» и стать человечнее. Вот что говорит о нём революционерка Саша:

Я всю ночь беседовала с Весовщиковым. Я не любила его раньше, он мне казался грубым и темным. Да он и был таким, несомненно. В нем жило неподвижное, темное раздражение на всех, он всегда как-то убийственно тяжело ставил себя в центре всего и грубо, озлобленно говорил — я, я, я! В этом было что-то мещанское, раздражающее...

Она улыбнулась и снова обвела всех сияющим взглядом.

— Теперь он говорит — товарищи! И надо слышать, как он это говорит. С какой-то смущенной, мягкой любовью, — этого не передашь словами! Стал удивительно прост и искренен, и весь переполнен желанием работы. Он нашел себя, видит свою силу, знает, чего у него нет; главное, в нем родилось истинно товарищеское чувство...

Наличие правды в собственном деле даёт человеку возможность шире распахнуть двери своей души, говорить с окружающим не пряча ничего за пазухой. Именно эта открытость и теплота даёт шанс на отклик собеседника, а значит, и возможность помочь ему скинуть скорлупу со своего сердца, стать человечнее. Так Пелагея Ниловна смогла передать жар своей души Людмиле – наиболее строгой из всех революционерок, представленных в романе.

Она [мать] улыбалась, но ее улыбка неясно отразилась на лице Людмилы. Мать чувствовала, что Людмила охлаждает ее радость своей сдержанностью, и у нее вдруг возникло упрямое желание перелить в эту суровую душу огонь свой, зажечь ее, — пусть она тоже звучит согласно строю сердца, полного радостью. Она взяла руки Людмилы, крепко стиснула их, говоря:

— Дорогая вы моя! Как хорошо это, когда знаешь, что уже есть в жизни свет для всех людей и — будет время — увидят они его, обнимутся с ним душой!

Ее доброе большое лицо вздрагивало, глаза лучисто улыбались, и брови трепетали над ними, как бы окрыляя их блеск. Ее охмеляли большие мысли, она влагала в них все, чем горело ее сердце, все, что успела пережить, и сжимала мысли в твердые, емкие кристаллы светлых слов. Они все сильнее рождались в осеннем сердце, освещенном творческой силой солнца весны, все ярче цвели и рдели в нем.

— Ведь это — как новый бог родится людям! Все — для всех, все — для всего! Так понимаю я всех вас. Воистину, все вы — товарищи, все — родные, все — дети одной матери — правды!

Снова захлестнутая волной возбуждения своего, она остановилась, перевела дух и, широким жестом разведя руки как бы для объятия, сказала:

— И когда я говорю про себя слово это — товарищи! — слышу сердцем — идут!

Она добилась, чего хотела, — лицо Людмилы удивленно вспыхнуло, дрожали губы, из глаз катились слезы, большие, прозрачные.

Мать крепко обняла ее, беззвучно засмеялась, мягко гордясь победою своего сердца.

Возвращаясь к вопросу об актуальности произведения, можно сказать, что Пелагея Ниловна является для нас образцом тех изменений, которых мы должны добиться в себе самих, если действительно делаем ставку на трансформацию. А наибольшая часть ответственности в этом вопросе ложиться на плечи тех, кто уже смог взять барьер. Подобно матери они обязаны передать огонь своего сердца остальным участникам.



Tags: "Мать", ЛИК СВАО, М. Горький, культурная война
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 16 comments